Юрий Немытых

А ведь их 60. Вопрос посложнее: какова миссия каждой? И задание на засыпку: припомни пример партийной инициативы, которая оказалась бы для тебя существенно полезной.

Получается? И не получится. Ибо партии наши неразличимо серы, смысл их существования большинству неясен, а деятельность — безразлична. Законы, наспех принимаемые парламентскими партиями, нужны правительству, в лучшем случае — какой-то абстрактной России (государству, экономике и проч.). Но не человеку здесь и сейчас.

Перед прошлыми парламентскими выборами меня взбесил агитационный плакатик «правых». Он состоял из перечня инициатив, нужных, но не реализованных и к тому времени позабытых. Заголовок указывал: «Мы голосовали в думе “за”». «Да какое мне дело за что вы голосовали? — возмутился я в голос. — Каков результат? Ноль!». Не мудрено, что люди, особенно молодые и образованные, все чаще манкируют избирательным правом.

Другими словами, любая партия добьется бешеного роста популярности, если справится с конкретной задачей, актуальной для целого слоя избирателей, сообщив об этом всем и каждому. Хотите подсказки?

Министр Иванов, комментируя «дело Андрея Сычева» («ничего существенного не произошло»), сам того не желая, произнес ужасающую правду. Сычев искалечен небывалыми зверствами. Но сколько их было и еще будет — замордованных до самоубийства; свихнувшихся от издевательств и поднявших оружие на мучителей; сбежавших из части, травимых потом по лесам, застреленных при сопротивлении? Только по официальной статистике Минобороны в прошлом году погибло 1064 военнослужащих: потери в Чечне — 103 человека, 276 покончили жизнь самоубийством, 324 погибли в результате ДТП, 276 постиг несчастный случай и так далее. От дедовщины, по сведениям министерства, погибли всего 16 человек. Сколько здесь реальных несчастных случаев?

А скольких насмерть забила табуреткой озверевшая гнида, которую после прикрыло такое же гнидское начальство? Сколько жертв вовсе проигнорировано статистикой?

Современная российская армия — сплошная преступная глупость. Кому она такая нужна, кроме разнузданного ворья — от генералов, строящих солдатскими руками бесчисленные дачи, до прапорщиков, сдающих ложки на алюминиевый лом? Пожалуйста, ни слова об обороноспособности. Лично я регулярно вижу слабых, голодных попрошаек, стыдливо меняющих горки мелочи на дешевые сигареты, кефир и печенье. Не представляю, как они, искусно овладевшие только метлой и лопатой, могут защитить Родину и народ, если не в состоянии постоять за себя.

Ежегодно миллион с гаком молодых россиян уходят топтать кирзу. Они не получают образования и не работают (это при кадровомто голоде в экономике), не женятся и не обзаводятся детьми (вопят повсюду: «Россия вымирает!»). Здесь они не делают ничего, что делают там — непонятно. Все понимают, что в условиях современного боя (не говоря о будущих) нам нужна другая армия — гораздо малочисленнее и профессиональнее.

При чем здесь партии? А принудить руководство страны немедленно начать переводить армию на добровольно-контрактную основу — разве не та самая конкретная задача, важная для всех и каждого?

Представьте: некая партия создает правдоподобный, с контрольными показателями проект перевода армии «на контракт». Условно: в этом году сокращаем количество срочников на 20%, в следующем еще на 30%, а в 2008м — оставшиеся 50%, заменяя их профессионалами. Инициируется всероссийский референдум, для чего, в соответствии с законом, предварительно создается группа активистов (не менее чем по сто человек из 45 регионов). На это хватит списочного состава комитетов солдатских матерей и им подобных организаций, а сейчас они жаждут действий. Дальше в поддержку референдума нужно собрать 2 млн подписей. Не проблема: у нас одних студентов шесть с лишним миллионов.

Случись такой референдум, и при должной информационной раскрутке он стал бы рекордным по явке. Именно потому, что до этого есть дело всем вместе и каждому в отдельности: это вам не удвоение ВВП. В какой семье нет потенциального солдатика? Какая семья не хочет, чтобы служивый пораньше вернулся домой? И за результат референдума я тоже спокоен: если уж человек приведет себя на избирательный участок, в девяти случаях из десяти он проголосует «за». А партия, затеявшая плебисцит, пойдет на парламентские выборы2007 с очень простой агиткой: «Мы сделали российскую армию контрактной, профессиональной, боеспособной. Мы доказали, что можем не только благостно рассуждать, но и решать реальные проблемы».

В православии святыми объявляют не столько принявших мученическую смерть, сколько тех, чьи мучения преломили сознание людей, повернули их к вере. Андрей Сычев (а его судьба, возможно, хуже смерти, даже мучительной) мог стать нашим святым, не от церкви — от общества. Если бы его трагедия заставила нас изменить собственную жизнь.

Увы, этого не произойдет. Волна общественного негодования по поводу дедовщины стихает. Партбюрократы молчат в тряпочку. Поезд ушел. Не будет референдума. Не будет партии, сделавшей одно (а разве этого мало?) важное дело. Не будет ее массовой поддержки. Чудовищное скотство, именуемое «российской армией», по всеобщему попуститель-ству протянет еще черт знает сколько. Остается лицемерно просить прощения у Андрея Сычева, всех безымянных, разделивших его судьбу, и у тех мальчишек, кому еще предстоит пройти бесконечными коридорами унижения страхом и стыдом. До тех пор пока очередной мученик не станет, наконец, святым.