Евгений Сеньшин

В уставе появится шкала, по которой станут оценивать эффективность работы глав МО. Руководители городских округов будут оцениваться по уровню социально-экономического развития территорий, а главы муниципальных районов — с акцентом на показатели в сельском хозяйстве. «После этого начнем выяснять, почему, скажем, в одинаковых климатических условиях в одном хозяйстве надои от коровы составляют четыре тысячи, а в другом — в два раза меньше», — пригрозил Николай Рязанов. Результаты замеров, повидимому, смогут послужить поводом для губернаторского обращения в суд.

Другая поправка предусматривает, что губернатор вправе инициировать референдумы, в ходе которых жители сами выберут модель управления МО, которая им больше по вкусу. ФЗ131 «Об общих принципах организации местного самоуправления» предусматривает три модели управления: 1) глава МО избирается всенародным голосованием и возглавляет местную администрацию; 2) глава избирается также всенародным голосованием, но возглавляет представительный орган (думу, совет); 3) глава МО избирается из состава депутатов представительного органа и становится его председателем. В двух последних случаях на верхней ступени местной администрации оказывается нанятый на конкурсной основе управленец (ситименеджер). Сегодня выбор модели — предмет прихоти самого главы муниципального образования, а не населения. Видимо, решено положить этому конец.

Очевидно, что корнями новая редакция устава уходит в «дело» бывшего мэра Миасса Владимира Григориади, осужденного в октябре 2004 года на восемь лет лишения свободы за вымогательство и получение взятки. После этого по Южному Уралу и всему УралоЗападносибирскому региону прокатилась волна антикоррупционных процессов, связанных с главами МО. На четыре года осужден Виктор Ротатов (эксглава Сосновского района Челябинской области), заведены уголовные дела на бывшего главу Снежинска Анатолия Опланчука и эксглаву Трехгорного Николая Лубенца (находится в федеральном розыске). В ХМАО на четыре года осужден глава Нефтеюганска Виктор Ткачев, предъявлено обвинение главе администрации ХантыМансийского района Юрию Манчевскому, мэру Пыть-Яха Валерию Веснину, главам Октябрьского и Кондинского районов Андрею Киприянову и Виктору Редикульцеву. Угроза антикоррупционного расследования вынудила главу Перми Аркадия Каменева досрочно покинуть пост и перейти на должность вицегубернатора Прикамья. А 21 марта он получил три года условно. Все это звенья одной цепи. Государство подчеркивает, что муниципалитеты суть рассадники коррупции и беззакония, и тем самым готовит почву для юридического закрепления контроля за местным самоуправлением (в чем обещает преуспеть Челябинская область).

Предвижу протесты «прогрессивной общественности»: попытки государства вторгнуться в сферу муниципального управления нарушают Конституцию РФ, которая гласит, что «органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти» (ст. 12).

По-моему, поправки к челябинскому областному уставу не грозят демократии: они оставляют населению право избирать главу МО и снимать его путем референдума, выбирать модель управления городом или районом.

В конце концов любой регион «сшит» из муниципальных образований, и губернатор вправе рассчитывать на возможность избавиться от не оправдавшего ожиданий или проворовавшегося мэра (так же как в связке президент — губернатор). С нашей точки зрения важно, чтобы судебные разбирательства, предшествующие отставке, носили публичный характер.

Смущает другое: поправки могут стать инструментом не противодействия неэффективным главам МО, а сведения счетов с неугодными, недостаточно «благонадежными», и продвижения на их место «своих» — друзей, коллег, родственников. Реформа местного самоуправления не оставила муниципалитетам достаточных средств к самостоятельному существованию, большинство муниципальных образований полностью зависит от дотаций и субвенций со стороны региональных властей.

В этих условиях рукой подать до нецелевого использования средств (надо же как-то затыкать бюджетные дыры) и разморозки энергосистемы. Другими словами, «накопать» материал, чтоб предъявить обвинения «в причинении вреда муниципальному образованию своими действиями или бездействием», труда не составит.

Инициативы челябинских правительственных чиновников — старательная реакция на сигналы федерального центра. На словах он определяет местное самоуправление как «институт гражданского общества», инструмент «самоорганизации общества» (цитаты из февральского выступления заместителя главы администрации Владислава Суркова перед активом «Единой России»). На деле стимулирует дальнейшее углубление вертикали власти.

Несколько лет тому назад президент узаконил судебную процедуру отстранения глав регионов за несоответствие занимаемой должности. Тогда губернаторы, возжелав справедливости, заявили, что аналогичную схему нужно применить и в отношении глав муниципалитетов. Принятый в 2003 году 131й закон удовлетворил эту жажду. Челябинцы, разработав шкалу индикаторов, постараются придать процессу избавления от неугодных мэров более-менее объективный характер. Но это не приостановит, наоборот — ускорит сползание вертикали государственной власти до муниципального уровня.