Tertium non datur

Tertium non datur Жорес АлферовЖорес Алфёров: «Лозунг создания к 2020 году 25 млн рабочих мест в секторе экономики высоких технологий очень правильный. Однако он должен относиться не только к бизнесу, но также к науке и образованию. Чтобы этот лозунг реализовать, страна должна вернуть себе мировые научные рекорды»

В Екатеринбурге с открытой лекцией о прорывных технологиях ХХ века и их влиянии на научно-технический прогресс выступил Жорес Алфёров, вице-президент и кандидат в президенты Российской академии наук. Кроме единственного в стране нобелевского лауреата (физика, 2000 год) на пост баллотируются член президиума Владимир Фортов и вице-президент РАН Александр Некипелов. Действующий президент Академии Юрий Осипов 14 мая снял кандидатуру. Выборы назначены на 29 мая.

Жорес Алфёров рассказал о значении фундаментальных исследований и вкладе российских ученых в создание и развитие мировых прорывных технологий. Понятно, что он не мог не затронуть вопросы, связанные с современной организацией науки в России и ролью в ней Академии наук.

Об атомной бомбе и научно-техническом прогрессе

— За круглым столом в студии ВВС, собравшим нобелевских лауреатов 2000 года, моим соседом слева был экономист Джеймс Хекман. Он тогда сказал: «Научно-технический прогресс второй половины ХХ века полностью определялся соревнованием СССР и США. Очень жаль, что это соревнование закончилось».

В основе атомного оружия и атомной энергии лежит открытие деления урана. Отто Ган и Фриц Штрассман в 1939 году первыми опубликовали эту работу (в 1945 году Ган получил за нее Нобелевскую премию). Затем очень быстро была создана теория цепных реакций. Решающий вклад в нее внесен двумя парами ученых: Рудольф Пайерлс и Отто Фриш первыми оценили критическую массу, развив теорию цепных реакций; Яков Зельдович и Юлий Харитон провели аналогичную работу у нас. Эти работы заложили практическую основу для создания атомного оружия. Первый ядерный реактор создан под руководством Роберта Оппенгеймера в декабре 1942 года. Работами над атомным проектом у нас занимался Игорь Курчатов. То, что именно Курчатов возглавил работы по атомной проблеме, — заслуга Абрама Иоффе, который в 1931 году создал бригаду по ядерной физике. Заместителем он поставил Игоря Курчатова, и тот в 1932 году возглавил бригаду. Именно благодаря Курчатову было пробито постановление о строительстве самого крупного в Европе циклотрона в Физико-техническом институте. В 1936 году доклад Иоффе был подвергнут острой критике: говорили, что институт развивает никому не нужные и не имеющие практического применения исследования в области ядерной физики.

Я думаю, что последующие события военного и послевоенного времени показали, насколько несправедлива была эта оценка. В 1942 году была создана лаборатория № 2, которая затем стала Курчатовским институтом. Интересно, что она называлась лабораторией № 2 Академии наук СССР. Когда в конце 1944 года готовилось новое постановление ГКО по развитию атомной тематики, чиновники предлагали изменить ведомственную принадлежность: деньги давало правительство, а большая часть работ шла в НКВД. Но Лаврентий Берия дал следующий ответ: «Да, деньги дает правительство, а лаборатория была и будет Академии наук, потому что все научные идеи, весь научный потенциал идет из Академии наук». Здесь я хочу подчеркнуть очень важный, с моей точки зрения, тезис: власть должна поддерживать науку и прислушиваться к советам, которые дают ученые. Она не может определять, какие направления в науке являются решающими.

Следующим этапом развития атомной тематики была водородная бомба. Если первая атомная бомба была точной копией американской плутониевой — «толстяка», то вторая 1951 года была уже нашей и примерно вдвое превосходила американские аналоги по мощности. Интересно, что все наши разработки носили аббревиатуру РДС от «Россия Делает Сама»: РДС-1 (первая атомная бомба), РДС-2 (вторая атомная бомба), РДС-6 (первая водородная бомба). Первую водородную бомбу американцы испытали в 1952 году. Эта бомба мощностью 10 Мт была нетранспортабельна — размером с двухэтажный дом. В основе ее действия лежал принцип радиационной имплозии, предложенный польским математиком Станиславом Уламом и развитый Эдвардом Теллером. А вот транспортабельность ей придала идея Виталия Гинзбурга: он предложил использовать дейтерид лития. Практически проблема создания легких изотопов лития-6 была решена в Физико-техническом институте Борисом Константиновым.

Я хотел бы подчеркнуть: когда политическому руководству страны стало очевидно, что если монополией на атомное оружие будут обладать американцы, мы можем потерять все преимущества победы во Второй мировой войне, специальным постановлением ГКО в 1945 году был создан спецкомитет по развитию работ в области атомного оружия. Задача была решена. Все это в итоге вылилось в создание атомного подводного и ледокольного флота, атомной энергетики.

А вот печальный пример. В 1970 году мы первыми сделали солнечные батареи с высоким КПД, в 1974-м наши гетероструктурные элементы уже летали на военных спутниках. Американцы в то время публиковали только первые работы в этой области.

А в начале 90-х годов, когда нужно было переходить на новые технологии, в России наступил развал. И когда я попросил у тогдашнего председателя Роскосмоса 5 млн долларов, на которые можно было бы купить одну промышленную машину «Экстрон» и одну — в научно-исследовательскую лабораторию, он не нашел этих денег. С тех пор мы покупаем солнечные батареи на гетероструктурах для наших спутников. Вывод: нельзя терять мировые рекорды, они определяют дальнейший технологический прогресс.  И получать их нужно в наших лабораториях.

Об открытии транзистора и значении фундаментальных исследований

— Открытие транзистора перевернуло не только научно-техническую, информационную, но и социальную структуру общества. Здесь стоит отметить Джона Бардина. Он, кстати, говорил: «Наука интернациональна по природе. Это хорошо знают ученые». В нобелевской лекции Джон Бардин отметил теории, которые привели к открытию точечного контактного транзистора: квантовая механическая теория Вилсона, теория фотоэлектрических явлений Фрэнкина и теория контактных явлений, развитая Моттом, Шотки и Давыдовым. Фундаментальные исследования в области квантовой электроники, за которые Чарльз Таун, Николай Басов и Александр Прохоров в 1964 году получили Нобелевскую премию, привели к созданию лазерных технологий и явились основой оптоэлектроники.

Ассигнования на гражданскую науку из средств федерального бюджетаПри этом надо понимать, что хорошие идеи часто рождаются, но также часто для их развития нужны уникальные технологические методы. Выдающийся британский радиофизик Джордж Портер, получивший Нобелевскую премию в 1967 году, говорил: «Вся наука прикладная. Разница только в том, что отдельные приложения бывают быстро, а отдельные случаются через столетия. Но все, чем пользуется цивилизация, это результат развития науки». Когда мои коллеги Рудольф Казаринов и Роберт Сурис предложили в 1971 году каскадные лазеры и стимулированное излучение, принципиально возможность получения лазеров средней инфракрасной области 5 — 10 микрон была сразу оценена. Мы хотели их сделать, но сверхрешетки тогда делать было очень тяжело. И только к 1994 году с развитием технологий молекулярной эпитаксии с очень точным компьютерным контролем оказалось возможным реализовать эту простую для нас (первую статью с расщеплением зоны сверхрешетки мы опубликовали еще в 1970 году) вещь.

Здесь я бы хотел напомнить историю, которую мне в свое время рассказал Джон Бардин. Группа, открывшая транзисторы, была сформирована по инициативе исполнительного директора фирмы «Белл Телефон» Мелвина Келли. Он тогда поставил перед учеными задачу сделать электронный ключ, потому что механический не годился для телефонии. И заметил, что очень важно, чтобы ученые продемонстрировали справедливость квантовой теории для конденсированного состояния. То есть при выполнении сугубо прикладных исследований исполнительный директор компании поставил перед специалистами фундаментальную задачу. Вот когда наши предприниматели, приглашая ученых на работу, смогут формулировать подобного рода задачи, тогда все в порядке будет с нашим бизнесом.

Об образовании, Сколково и эффективности

— Вся эта кампания по поводу того, что наука должна быть только в университетах, — чушь собачья. Да, наука должна быть в университетах, но именно Академия наук ее там и делает. И не нужно их противопоставлять. Единство образования и науки заложено еще Петром: вместе с Академией наук были созданы академический университет и академическая гимназия.

Мы всегда работали в системе образования. В 1919 году Иоффе основал физико-механический факультет в Политехническом институте в Питере. Это был первый инженерно-физический факультет в мире. Не было ни MIT, ни Caltech. Именно с физмеха началось инженерно-физическое образование, совмещающее физико-математическое образование с инженерным. В 1946 году физмех был положен в основу физико-технического факультета МГУ, оттуда вырос московский физтех. Иоффе был одним из первых, кто понял значение квантовой физики для развития новых технологий, а также значение принципиально нового физического образования. В итоге именно его ученики решили кадровую проблему атомного проекта. Люди профессионально растут только на реальной работе. Кстати, физико-технический факультет в Уральском индустриальном институте им. Кирова (УПИ) — тоже детище Академии наук.

В 1973 году я организовал базовую кафедру оптоэлектроники, и одна из ее задач состояла в том, чтобы выпускники говорили с любым физиком-теоретиком на одном языке, чтобы они понимали не просто инженерные, а общие ультраважные проблемы современных технологий. С этой кафедры вышло семь членов-корреспондентов Академии наук, десятки докторов наук. В 90-е годы, когда науку стали разваливать, наши ребята могли успешно работать в научном бизнесе, потому что имели широчайшее образование. Один американский физик-теоретик, занимавшийся экономикой, тогда сказал: «Вероятность устроиться в США на эквивалентную должность в экономике у вашего физика-теоретика в 70 раз выше, чем у вашего экономиста».

Когда мы говорим об оценке эффективности, конечно, все существенно: и индекс цитирования, и количество патентов. Но во главу угла нужно ставить реальные достижения. Между прочим, у меня, когда я занялся гетероструктурами, за которые получил Ленинскую и Нобелевскую премии, было опубликовано менее десяти работ, а индекс цитирования был нулевой. Если бы по нему выбирали, мне никто не разрешил бы проводить подобного рода исследования.

Хочу сказать очень простую вещь, я говорил о ней много раз. Когда я обсуждал с Владимиром Путиным проблемы создания к 2020 году 25 млн рабочих мест в секторе экономики высоких технологий, я ему сказал, что это очень правильный лозунг, но он должен относиться не только к бизнесу, но и к науке, и к образованию.

И чтобы этот лозунг реализовать, мы должны развивать наши научные разработки.

Кстати, по этой причине я в свое время после короткого размышления дал согласие быть сопредседателем научно-консультативного совета Сколково. Я решил, что председатель научного совета будет играть заметную роль в развитии этого проекта. Проект, с моей точки зрения, был не таким уж глобальным, хотя и обещающим. Сколково создавалось, как я считал и считаю, с разумной целью развития новой идеологии коммерциализации научно-технических достижений на основе научных разработок. Действительно, нужно использовать любые возможности для продвижения высоких технологий в бизнес. Только в основе Сколково должна лежать именно идеология, а не территория сколковского центра. Не превращение места под Москвой в офшорную зону, а развитие идеологии, справедливой для всех научных центров страны. И льготы по тематике должны быть и в Дубне, и в Академгородке, и на Урале.

Очень важна идея системы образования в Сколково — Сколтек: аспирантура и магистратура. Причем на первом заседании в феврале 2011 года мы единогласно забаллотировали предложение MIT, потому что MIT сегодня, во-первых, не тот, что был 30 — 40 лет назад, а во-вторых, цель его в Сколково — забирать наших сотрудников к себе.

В принципе идеология — аспирантура и магистратура как формы основного образования с научно-учебными и научно-технологическими центрами — разработана нами давно. Мы делали это с новосибирским университетом и московским физтехом. Мы предложили эту концепцию в Сколково, но ее не приняли. Только сейчас, когда там происходят известные изменения, нам сказали, что рассмотрят и примут наше предложение по созданию в Новосибирске одного научно-учебного центра по этой линии.

Мы знаем, как нужно менять образование, и хотим его менять. Но наша задача еще и в том, чтобы показать, как это делать. Есть исследовательские проблемы, которые необходимо решать, и на которых можно учить людей. Этим нужно пользоваться. Кроме того, молодежь должна хорошо зарабатывать на реальных предложениях, и это тоже идеология Сколково.

О развитии Академии наук

— Самое большое несчастье в истории нашей страны и не только — развал Советского Союза, подорвавший экономику. Хорошо еще, что Академия наук СССР находилась на территории Российской Федерации (кроме Крымской астрофизической обсерватории, которая перешла к Украине): нам удалось сохранить ее научно-технический потенциал. 20 лет мы придерживались философии выживания. Пора перейти к философии развития. Для этого нужно развивать науку вообще и кардинально изменить ситуацию с ролью отделений Академии наук.
Очень важно видеть перспективные направления фундаментальных исследований и наиболее важные их приложения. Нужно создавать программы, в которых мы ставим задачи возвращения мировых рекордов. В них должны участвовать, прежде всего финансированием, другие министерства и ведомства, при этом решающая научная роль должна оставаться за Академией. Нужно пересматривать подходы к образованию.

Необходимо развивать междисциплинарные исследования. Известно, что все медицинские технологии сегодня предложили физики. Мой сопредседатель по сколковскому совету нобелевский лауреат в области биохимии Роджер Корнберг сказал: «Создание современных лекарств требует знаний квантовой теории».

Радикальное изменение роли Академии наук в организации научных исследований требует заметного увеличения ее финансирования. Да, мы живем в непростое время, тем не менее если посмотреть на то, как тратятся эти средства, станет понятно, что мнение о богатом финансировании РАН — один из мифов. Если сейчас просуммировать все средства, выделяемые на Академию, мы будем иметь примерно в три раза меньше, чем в советское время. При этом весь бюджет Академии — в сущности зарплата и выплата коммунальных услуг. Значительно более серьезной проблемой, чем низкое финансирование, является невостребованность научных результатов экономикой и обществом. Важнейшая задача, которая стоит перед нами, — сделать науку востребованной.

Организация и финансирование фундаментальной науки не должны сводиться к текущим потребностям производства. Все должно работать в альянсе, задача которого — возрождение экономики, основанной на высоких технологиях и научных разработках. Я всегда люблю цитировать величайшего ученого и гражданина Фредерика Жолио-Кюри: «Страна, которая не приносит своего вклада путем развития науки в мировую цивилизацию, подвергается колонизации». Наука в цивилизованном обществе избыточной быть не может.

Дополнительная информация.

Семь прорывных технологий ХХ века, оказавших значительное влияние на мировое научно-техническое развитие:

• Атомное оружие и атомная энергия;
• Реактивные двигатели и космические технологии;
• Создание электронно-вычислительных машин;
• Открытие транзистора;
• Открытие лазера;
• Основы современных информационных технологий: открытие кремниевых чипов и гетероструктур;
• Революция в генетике и новые технологии в медицине.

Основные тезисы предвыборной программы вице-президента РАН Александра Некипелова:

Александр Некипелов«Важнейшая задача будущего руководства РАН — активный диалог с властью, направленный на решение следующих вопросов»:
1. Признание необходимости поддержания в стране комплексных фундаментальных исследований как основы модернизации всех сторон общественной жизни.
2. Восстановление научно-технологического прогнозирования в системе прогнозирования и стратегического планирования и нормативное закрепление за РАН роли головной организации в этой области.
3. Подтверждение центральной роли Российской академии наук в проведении и координации фундаментальных исследований в стране. Внесение в соответствии с этим корректив в распределение средств, ассигнуемых государством на ведение научных исследований в пользу академического сектора науки.
4. Объем бюджетного финансирования РАН должен позволить провести в ближайшие два-три года коренную модернизацию приборного парка, обеспечить нормальное воспроизводство научного персонала и всей совокупности материальных условий научной деятельности.
5. Обеспечение достойного размера пенсий для научных сотрудников, в том числе за счет правовой поддержки создания механизмов, позволяющих из внебюджетных средств академии формировать собственный пенсионный фонд.
6. Отмена постановления правительства о категоризации исследовательских институтов в части, касающейся РАН и других государственных академий.
7. Правовая поддержка создания в рамках РАН эффективно действующего механизма коммерциализации результатов научной деятельности прикладного характера и вовлечения, в интересах академии, в хозяйственный оборот временно неиспользуемых активов. Распространение на землю, закрепленную в бессрочное пользование за организациями РАН, того же правового режима, что и на прочее недвижимое имущество.

Основные тезисы предвыборной программы академика Владимира Фортова:

Владимир Фортов«Задача сегодняшнего дня — сделать Академию наук современным действенным инструментом научно-технического, инновационного развития страны и проводимых социально-экономических преобразований, важнейшим элементом гражданского общества и общей культуры страны»

1. Необходимость интенсивного развития РАН: более активная позиция не только в отстаивании корпоративных интересов, но и в выработке и реализации стратегии развития всей страны; ясная программа социально-экономического и технологического развития; усиление роли Академии в решении проблем обеспечения национальной безопасности страны и предотвращении внутренних и внешних угроз; поиск разумного баланса между фундаментальными и прикладными исследованиями; повышение роли региональных отделений РАН и их материальная и организационная поддержка.
2. Кадры академии: создание адекватных условий работы и жизни научных сотрудников, возможности их быстрого профессионального роста; создание в РАН собственной сети подготовки инженерно-конструкторских кадров; привлечение молодых специалистов; гарантия современного медицинского и достойного пенсионного обеспечения ученых с предоставлением им статуса государственных служащих; создание масштабного Пенсионного фонда РАН; поддержка научных школ.
3. Повышение эффективности научной работы: борьба с бюрократизмом, конкурсные принципы финансирования исследований, разделение ставок сотрудников на постоянные и временные.  
4. Взаимодействие с прикладной наукой: координация и поддержка фундаментальных исследований в прикладных НИИ и вузах за счет выделения дополнительных государственных средств; взаимозаинтересованный обмен кадров; включение в свой состав ряда институтов, лабораторий и групп из прикладной науки, еще сохранивших высокий научный уровень и кадровый потенциал; участие в создании и реализации масштабных целевых программ исследований в интересах государства, образования и бизнеса; создание межведомственных центров при крупных академических институтах, наукоградах или отделениях РАН; взаимодействие Академии наук и вузов.
5. Административная реформа: совершенствование структуры РАН, дебюрократизация, ответственный анализ научной деятельности институтов, создание новых подразделений и ликвидация тех, где уровень исследований перестал удовлетворять высоким академическим требованиям.
6. Международное сотрудничество: превращение научных учреждений РАН в центры реализации крупных международных проектов и программ; обсуждение целесообразности создания отделения зарубежных членов РАН и избрания в него ведущих ученых из числа бывших граждан СССР и России.
7. Переоснащение институтов научным оборудованием и приборами: формировании научно-технической программы Президиума РАН «Экспериментальная база Российской академии наук»; приоритет отечественным производителям; создание в Академии специального подразделения по развитию и распространению среди учреждений РАН новейших технологий проведения, обсуждения и внедрения исследований.
8. Диалог с обществом, СМИ: усиление пропаганды в средствах массовой информации и интернете научных знаний, научно-исследовательской и инновационной деятельности, а также достижений и открытий ученых Академии.   

___________
*Tertium non datur - третьего не дано.










Комментарии

Материалы по теме

Выйти из клетки

Искусство взять азот

Добрые и пушистые

Это все о клиенте*

Был бы Витте…

За науку надо платить

 

comments powered by Disqus